суббота, 12 октября 2013 г.

Оказывается не так просто быть поэтом, а женшине - вдвойне трудно...

Фариза  Онгарсынова в своих стихах рассказывает о женских переживаниях. 
У каждой несчастной судьбы своё горе, своя не состоявшаяся любовь. 
Откровение женских мыслей показаны без прикрас. 
В ее стихах  и смех, и слёзы, и надежда на простое женское счастье.


Весна ниспослала такой чертовщины:
Какие-то мимо ходили мужчины,
Какие-то вздохи дудели в дуду,
и птицы свистели в прозрачном саду.
Весна ниспослала ту первую встречу,
нам пух тополиный садился на плечи,
от каждой пушинки меня уберечь
хотел ты, сдувал их и стряхивал с плеч.
И руки меня легче пуха касались,
и ночи короткими слишком казались.
А днём не краснеть было просто невмочь -
так громко сердца вспоминали про ночь.
Бывал ли ты близко, бывал ли далёко,
все люди меж нами ходили под током.
Был даже завистник влюбиться готов,
и множество было растопленных льдов.
А то, что словами весна не воспета…
Других времён года достанет на это.
Мы рай повидали, и каждый готов
любовь прославлять, как отеческий кров.

Предчувствие не балует. Не обещает,
а я молю о встрече, о пощаде…
О, сколько может чувств перемолоть
жить жаждущая плоть?
Покой мой в спину молнией убит.
Зачем стучит обугленное сердце?
Зачем душа голодным волком воет?
Одна.
Давно давно нас было двое…
Так растравляют раны солью с перцем.
Кощунственно глумленье стольких бед,
галлюцинируют, приводят привиденья,
минуты сна лишают, мига бденья -
всё прозябанье обращает бред.
От тех счастливцев, что живут вдвоём,
я отличаюсь, как слеза от смеха.
Куда бежать мне от себя?
За окоём?
Но одиночество -
оно мне не помеха
делить с тобою каждый полувздох,
носить тебя, как тёплый плод под сердцем…
О, в зарослях тоски мой ум заглох.
Когда же тучи надо мной рассеются?
Взгляд - острый меч,
душа горит огнём -

рука бессильна, как батыр в верёвках.
Я плачу, будто нынче недруг ловкий
мой край пленил, хозяйничает в нём.
Бьюсь грудью о буранную беду,
плетусь и падаю, а ты недосягаем…
Как эту муку с жизнью сопрягают?
И сколько мне идти, пока дойду?

Роднит обида и с тобой и с песней.
Как сохнет горло и горланит боль.
Я зубы стисну так, что сердцу тесно…
Мой друг молчание понять изволь!
Молчу, молчу на все лады,
молчаньем отозвался ты.
Пора лететь тебе навстречу,
пора людской согреться речью.
Познать обиду и прощенье,
познать тревогу и покой.
Такое вечное вращенье
любви с тоской.

Надменность отступает, я и рада -
люблю толпу, прильнувшую ко мне.
Как тесно, как светло гореть в огне -
вот утешенье - большего не надо.
Блажен и тот, кому рассудок дан
от первозданности, природности творенья.
Ночь - это врат заветных сотворенье.
Луна свела светило дня в зиндан.
Я радуюсь, слыву за чудака.
Кто потрясён - глазам своим не верит,
а кто грядущее спешит саженью мерить,
взгляд захребетника пихает, как клюка.
Но ты сошёл ко мне, нет, снизошёл,
и понял, как я создана природой,
и вырвал душу из толпы бесплодной,
и обрядить её пытался в шёлк.
Душа не выбрала кого-нибудь -
она свободна в радости, в напасти.
И что ей ночь, что временные страсти,
когда и вечность слишком краткий путь.


Перевод Т. Фроловской

Комментариев нет:

Отправить комментарий